12 апреля свой день рождения отмечает Елизавета Ивановна Дмитриева - русская поэтесса, драматург, более известная под литературным псевдонимом-мистификацией Черубина де Габриак.
Серебряный век знал много мистификаций, которые, как правило, быстро разоблачались. История Черубины де Габриак не стала исключением. Внешне непривлекательная Елизавета Дмитриева сумела создать мифическую красавицу. У ног её были Маковский, Гумилёв и Волошин. В её честь – последняя дуэль в истории русской литературы.
Она родилась напрочь лишенной внешней женской красоты. Высокий выступающий лоб, нечетко очерченные губы, склонность к полноте и хромота после перенесенного недуга. Но у Елизаветы Дмитриевой был талант писать хорошие стихи. После того, как литературный журнал встретил девушку «по одежке» и отказал в публикации ее произведений, она решилась на обман.
В 1909-м редакция журнала «Аполлон» стала получать стихи. Вместо полноценной подписи стояло загадочное «Ч». Дорогая бумага благоухала изысканными духами, а слог был чарующе прекрасным.
Царицей призрачного трона
Меня поставила судьба...
Венчает гордый выгиб лба
Червонных кос моих корона.
Стихи без раздумий напечатали, и коллектив журнала стал ломать голову над личностью загадочной поэтессы. Как-то в кабинете редактора Сергея Маковского зазвонил телефон. Девушка представилась Черубиной де Габриак и призналась, что является автором безымянных произведений. Пообещала и дальше высылать свои творения, но от всяких встреч категорически отказалась. Рассказывала загадочная поэтесса, что воспитывалась в монастыре, а теперь живет под надзором строгого отца и духовника, не имея возможности выходить в свет. И признавалась, что страстно мечтает о большой любви. Когда стихи Черубины напечатали, был моментально раскуплен весь тираж.
Замкнули дверь в мою обитель
навек утерянным ключом,
и черный Ангел, мой хранитель,
стоит с пылающим мечом.
Но блеск венца и пурпур трона
не увидать моей тоске,
и на девической руке —
ненужный перстень Соломона.
Не осветит мой темный мрак
великой гордости рубины…
Я приняла наш древний знак
святое имя Черубины.
В незнакомку заочно влюбились все авторы-поэты «Аполлона», Гумилев поклялся разыскать ее, Сомов собрался писать портрет Черубины. В телефонных беседах Маковский долго умолял о встрече и не подозревал, что автором томных писем был Волошин.
С легкой руки Максимилиана Волошина имя Черубины де Габриак впечаталось в историю поэзии Серебряного века мгновенно и накрепко — в то время как имя той, кто участвовала в создании этой химеры, оказалось на многие десятилетия зачеркнуто и забыто. Между тем жизнь Елизаветы Ивановны Дмитриевой: поэта, переводчицы, драматурга, тайновидицы и оккультистки — куда интереснее и насыщеннее, нежели яркая биография вымышленной поэтической однодневки, от чьего имени она некоторое время писала стихи. Как Дмитриева вошла в отечественную поэзию XX столетия, кем она в ней осталась? Как вышло, что из-за невзрачной «плебейки хромуши» чуть не убили друг друга Волошин и Гумилев? Как, наконец, сложилась судьба Лили Дмитриевой после дуэли? Обо всем этом вы узнаете, прочитав книгу:
Погорелая, Е. А. Черубина де Габриак. Неверная комета : 16+ / Елена Погорелая. - Москва : Молодая гвардия, 2020. - 327, [2] с. : ил., портр. ; 21. - (Жизнь замечательных людей ; вып. 2021 (1821)). - Библиогр.: с. 327-328 и в подстрочных примечаниях. - ISBN 978-5-235-04353-4.
Настоящая книга — попытка реконструировать реальную биографию той, что известна под именем Черубины де Габриак: самой известной мистификации Серебряного века и, по слову Алексея Толстого, «самой фантастической и печальной» фигуры в русской литературе».
«И все-таки, заговаривая о Елизавете Ивановне Дмитриевой-Васильевой, до сих пор подразумевают Черубину де Габриак. Если она и становится объектом внимания биографов, то лишь как участница событий жизни Н. Гумилева и М. Волошина, реже – С. Маршака. Если о ней и пишут, то с плохо скрываемым неодобрением: на нее возлагают ответственность за дуэль, ей вменяют в вину эротическую игру, сталкивание лбами двух зрелых поэтов; а уж за откровенное, в духе Серебряного века, признание: «Мне все казалось, я хочу обоих, зачем выбирать?» – не пеняет ей только ленивый… Скорее всего, речь шла о выборе между старшим – и младшим, между плотской любовью – и духовным содружеством, между обессиливающей страстью – и высоким родством. Любовь для Черубины всегда была многолика – как в ранние, так и в зрелые годы…
Как бы то ни было, сегодня, когда история Черубины де Габриак – от первых надушенных писем к Сергею Маковскому до второй знаменитой дуэли на Черной речке – уже успела приесться, самое время услышать историю Елизаветы Ивановны Дмитриевой-Васильевой. Историю, порожденную и побужденную Серебряным веком, но сумевшую, кажется, вырваться за пределы его».
Книга ждет вас на абонементе!
Заведующая абонементом Галактионова Светлана
Источники:
- dzen.ru
- livelib.ru
- bookmix.ru
