поиск по базам библиотеки  поиск по сайту





Личный кабинет



Электронная библиотека "Псковиана"
Национальная электронная библиотека
Проект Библиородина
Национальная электронная детская библиотека

Календарь событий

Скоро в библиотеке

Коммерческое судопроизводство на Псковской земле
Коммерческое судопроизводство на Псковской земле
Финист Ясный Сокол и прочие местные чудеса
Финист Ясный Сокол и прочие местные чудеса
Иванов В.Н. Шахницы: история деревни
Иванов В.Н. Шахницы: история деревни

Тематические сайты

Псковский край
Библиотечный портал Псковской области
Региональный центр чтения
Книжные памятники Псковской области
Главная События Виртуальные выставки

1917-й. Русская революция в лицах.

17 марта 2017 14:02

История – политизированная наука. История крушения Российской империи в 1917 году – одна из труднейших исследовательских проблем, так как сложность восстановления достоверной картины февраля – марта революционного года упирается в идеологические установки историков, политологов, социологов… - всех, кто норовит смотреть на прошлое с монархических, либеральных, марксистско-ленинских или иных убеждений. Достигнут ли консенсуса (согласия) в оценке Февральской революции и роли отдельных политиков в ней ученые? - время покажет.

Что совершенно точно мы знаем: в марте власть от династии Романовых перешла к Временному правительству.

Хронология событий с 9 (22) января по 9 (22) марта 1917 года

 

9(22) января - забастовки рабочих и манифестация в Петрограде в честь 12‑й годовщины Кровавого воскресенья в 1905 году.
Воззвание рабочей группы Центрального военно-промышленного комитета к однодневной забастовке в день открытия Думы 14 февраля.

27 января (9 февраля) – обыск в помещении рабочей группы Центрального военно-промышленного комитета и арест десяти из одиннадцати ее членов на своих квартирах.

29 января (11 февраля) – на заседании Центрального военно-промышленного комитета с участием представителей партий прогрессивного блока заявление А. В. Гучкова о солидарности с политической деятельностью ее рабочей группы.

31 января (13 февраля) – арест последнего члена рабочей группы Центрального военно-промышленного комитета.

5(18) февраля – создание Особого военного округа в Петрограде под командованием генерала С. С. Хабалова, получившего чрезвычайные полномочия.

14 (27) февраля – открытие сессии IV Государственной думы; требование депутатов отставки правительства.

Середина февраля – перебои в снабжении Петрограда хлебом; введение в Петрограде карточной системы распределения продуктов; избрание Временной продовольственной комиссии.

18 февраля (3 марта) – начало забастовки на Путиловском заводе.

22 февраля (7 марта) – объявление локаута на Путиловском заводе, закрытие завода.
Отъезд Николая II в Ставку в Могилев.

23 февраля (8 марта) – манифестация работниц Петрограда, приуроченная к празднованию Международного женского дня, и массовые беспорядки в связи с перебоями с поставками продовольствия в столицу.

24-25 февраля (9-10 марта) – забастовки в Петрограде под лозунгами "Долой войну", "Долой самодержавие".

25 февраля (10 марта) – всеобщая забастовка в Петрограде.
Указ Николая II о роспуске IV Государственной думы; телеграмма Николая II из Могилева в Петроград о немедленном прекращении беспорядков в столице.

26 февраля (11 марта) – расстрел рабочей демонстрации; восстание 4-й роты запасного батальона Павловского гвардейского полка, подавленное с помощью солдат Преображенского полка.

27 февраля (12 марта) – формирование Временного комитета Государственной думы из группы депутатов Государственной думы во главе с М. В. Родзянко "для водворения порядка в Петрограде и для сношения с учреждениями и лицами".
Создание Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов и избрание Исполнительного комитета Совета, председателем которого стал Н. С. Чхеидзе.
Восстание солдат Волынского резервного, Преображенского, Литовского полков.
Аресты министров царского правительства.

28 февраля (13 марта) – выход в свет первого номера газеты "Известия", органа Исполкома Петроградского совета.

1 (14) марта - приказ № 1 Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов по Петроградскому гарнизону о солдатских комитетах и лишении офицеров дисциплинарной власти над солдатами.
Прибытие императорского поезда в штаб Северного фронта в Пскове.

2 (15) марта – отречение императора Николая II за себя и своего сына от престола в пользу брата великого князя Михаила Александровича.
Учреждение Временного правительства по соглашению Временного комитета Государственной думы с меньшевистско-эсеровскими руководителями Исполкома Петроградского совета и создание Контактной комиссии Исполкома Петросовета для координации деятельности Петросовета и Временного правительства.

3 (16) марта – подписание великим князем Михаилом Александровичем манифеста об отказе от прав на российский престол до решения Учредительным собранием вопроса о форме правления в России.
Декларация Временного правительства "О преемственности власти и права" от бывшей Российской империи.

4(17) марта – публикация манифестов Николая II и великого князя Михаила Александровича и заявлений об отказе от прав на российский престол всех членов императорской фамилии.

5 (18) марта – выход в свет первого номера официального органа печати "Вестник Временного правительства".
Возобновление издания большевистской газеты "Правда".

6(19) марта – указ Временного правительства о полной политической амнистии; публикация Манифеста Временного правительства о восстановлении автономии и конституции Финляндии.

7-12 (20-25) марта – ленинское требование из Цюриха в "Письмах из далека" от Петроградского Совета разрыва с Временным правительством.

8 (21) марта – арест в Могилеве Николая II комиссарами Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов; заключение под домашний арест в Царскосельском дворце членов императорской семьи по приказу генерала Л. Г. Корнилова.

9 (22) марта – принятие присяги Временным правительством на заседании Сената; признание США Временного правительства России; послание Синода о повиновении Временному правительству.

 

"Кто вас выбрал?"


"Нас выбрала русская революция!" - эффектно, с неожиданной митинго­вой ясностью и уверенностью отвечал Павел Николаевич Милюков на брошен­ный из толпы вопрос "Кто вас выбрал?".

Игорь Архипов. П. Н. Милюков: заложник войны и революции.

Либеральные политики и правоведы стояли на позиции легального или "законного" происхождения Временного правительства, исходя из актов Николая II от 2 (15) марта 1917 об отречении от престола и Михаила Романова от 3 (16) марта – об отказе от трона. "Юридическая конструкция" Временного правительства была такова: русским государством управляет Временное правительство, назначенное Государственной думой, договорившейся об этом с Петроградским Советом, представлявшим рабочий трудовой народ.

Первое Временное правительство действовало со 2 (15) марта по 2 (15) мая.

Его состав:

министр-председатель и министр внутренних дел – князь Г. Е. Львов (беспартийный),
министр иностранных дел – П. Н. Милюков (кадет),
военный и морской министр – А. И. Гучков (октябрист),
министр юстиции – А. Ф. Керенский (трудовик, с марта - эсер),
министр путей сообщения – Н. В. Некрасов (кадет),
министр торговли и промышленности – А. И. Коновалов (прогрессист, с июля - кадет),
министр просвещения – А. А. Мануйлов (кадет),
министр земледелия – А. И. Шингарёв (кадет),
министр финансов – М. И. Терещенко (беспартийный),
обер-прокурор Святейшего Синода – В. Н. Львов (октябрист),
государственный контролёр – И. В. Годнев (октябрист),
министр по делам Финляндии – Ф. И. Родичев (кадет).

Ученые, земские деятели, юристы, промышленники – они неплохо разбирались в общеполитических вопросах и парламентской практике, но никто из членов кабинета не обладал опытом административной или государственной работы.

 

Первые лица Февральской революции 1917 года в литературе

 

Государственная Дума России : энциклопедия в 2 т. : 1906-2006. Т. 1 : Государственная Дума Российской империи, 1906-1917 / редкол.: В.В. Шелохаев (отв. ред.) [и др.] / Гос. Дума Федер. Собр. Рос. Федерации [и др.]. - Москва : Российская политическая энциклопедия, 2006. - 767 с. – Библиогр. в конце ст.

Обобщающие статьи данной энциклопедии "Четвертая Государственная дума (15.11.1912-6.101917)", "Прогрессивный блок", "Временный комитет Государственной думы" раскрывают историю борьбы IV Государственной думы за власть. Ее биографические статьи подробно характеризуют всех политических деятелей, выходцев из Государственной думы, сыгравших похоронный марш монархии. Мы имеем возможность проследить за причудливыми изгибами судьбы членов и Временного комитета Государственной думы, и Временного правительства, и некоторых руководителей Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, бывших думских депутатов.

  

История России в портретах государственных и политических деятелей : учебное пособие / ред. В. А. Корнилов. - Москва : Омега-Л, 2002. - 336 с. – Из содерж.: П. Н. Милюков – лидер "оппозиции его величества" / Б. В. Леванов. Александр Иванович Гучков / О. А. Поливанов. А. Ф. Керенский – профессиональный юрист и политическая фигура Русской революции / Е. В. Шелкошвейн.

Авторы предлагаемого пособия  из лиц мартовского Временного правительства выделили как несомненных лидеров: Павла Николаевича Милюкова, Александра Ивановича Гучкова, Александра Федоровича Керенского.

Лидер кадетов П. Н. Милюков, по свидетельству современников, воспринял Февральскую революцию "с чувством далеким от радости". Он настаивал на сохранении монархии, заявляя, что Временное правительство выбрала революция, однако власть должна перейти к великому князю Михаилу Александровичу.

Александр Иванович Гучков в IV Государственную думу выбран не был. По указке правительства в ходе выборов по отношению к нему был допущен ряд махинаций.  Известие о провале А. И. Гучкова весьма порадовало Николая II.  Какие бы ни были отношения с царствующей семьей, его монархические убеждения были непоколебимы. Средством "спасения монархии от монарха" считал дворцовый переворот. Вместе с Н. В. Некрасовым и М. И. Терещенко он разрабатывал несколько планов возможного переворота. Основная цель – отречение Николая II в пользу сына при регенте великом князе Михаиле. Участники группы сознавали, что произошло бы в случае провала. Слова Александра Ивановича тому подтверждение: "Нас, вероятно, арестовали бы, потому что, если бы он отказался, нас, вероятно, повесили бы. Я был настолько убежден в этом средстве спасения России, династии, что готов был спокойно судьбу поставить на карту, и если я говорил, что был монархистом и остался монархистом и умру монархистом, то должен сказать, что я совершаю столь необходимый для монархии шаг, как в тот момент, когда я хотел оздоровить монархию".

Александр Федорович Керенский не был вождем крупной политической партии. Он встретил Февральскую революции как признанный самый левый оппозиционный депутат Государственной думы. Последние дни февраля и начала марта 1917 года стали "звездным часом" Керенского. 27 февраля он вошел в состав Временного комитета Государственной думы, ставшего правопреемником царского Совета министров. Одновременно его избрали товарищем (заместителем) председателя Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов. По его инициативе была создана Военная комиссия Временного комитета Государственной думы, и он руководил арестами бывших царских министров. Он выступал с бесчисленными речами, намечал программу осуществления первых революционных преобразований в стране.

Авторами очерков проанализированы наиболее значимые, главные аспекты государственной и политической деятельности министров П. Н. Милюкова, А. И. Гучкова, А. Ф. Керенского.

 

Нельзя обойти вниманием цикл публицистических статей Игоря Леонидовича Архипова из журнала "Звезда", посвященных российским политикам и революционерам.
Краткая биографическая справка об авторе из интернета гласит: "Родился в Ленинграде 3 августа 1971 года. Окончил в 1993 году Санкт-Петербургский государственный университет по специальности "историк". С этого же года стал корреспондентом, редактором отделов политики и экономики, обозревателем газет "Час Пик", "Общая газета", "Коммерсант", "Вечерний Петербург", "Петербургский Час Пик", журнала "Эксперт Северо Запад". Кроме того, он кандидат исторических наук, автор более 70 научных работ, в том числе монографии "Российская политическая элита в Феврале 1917: психология надежды и отчаяния", а также член Санкт- Петербургского союза журналистов". (http://kokoshin.viperson.ru/people/arhipov-igor-leonidovich)

 

Представление о форме повествования Игоря Архипова о главных и второстепенных участниках революционного 1917 года дают небольшие фрагменты из жизнеописаний министров и революционеров, сопровождающие библиографические описания статей.

Расположение статей хронологическое – по времени их появления на страницах журнала.

Шингарев А. И.А. И. Шингарев - "обходительный" либерал / Игорь Архипов // Звезда. - 2007. - № 9. - С. 153-171.

"В целом политическая позиция Шингарева определялась установками Прогрессивного блока - широкой межпартийной коалиции, одним из лидеров которой он являлся. В списках "министерства доверия", составлявшихся в кругах оппозиционной общественности, Андрей Иванович фигурировал в роли министра земледелия или министра финансов. Именно эти министерские порт­фели он последовательно получит во Временном правительстве.

В конце 1916 г. Шингарев был среди политиков-либералов, ратовавших за более жесткую и масштабную атаку на власть. В преддверии намеченного на 1 ноября открытия сессии Государственной думы, на заседаниях Прогрессивного блока, посвященных выработке стратегии, Андрей Иванович призывал максимально воспользоваться политической конъюнктурой. В смелых и энергичных выступлениях следует сделать акцент на разоблачениях "темных сил" (нельзя же игнорировать столь популярные у населения мифы об "измене"!) - естественно, под "соусом" патриотической риторики".

 

А. Ф. Керенский: Пьеро из революционной сказки / Игорь Архипов // Звезда. - 2007. - № 11. - С. 107-127.

"Комплексом "властебоязни", характерным для многих политиков Февраля, Керенский не страдал. Он сразу призывал парламентских лидеров не тратить время, ожидая от Николая II пожалования "ответственного министерства", а затем отречения от престола. Нужно незамедлительно создавать Временное пра­вительство, опираясь на авторитет Думы, - в этом будет залог появления популярной, легитимной власти! Положение "вездесущего" Керенского было двойственным: он входил во Временный комитет Государственной думы и од­новременно значился заместителем председателя Петроградского Совета рабо­чих депутатов. Александр Федорович считал ошибочным и догматичным мне­ние руководителей Исполкома Петросовета, что при "буржуазной революции" социалисты не должны участвовать в деятельности власти. Керенский, напротив, был убежден: присутствие во Временном правительстве целесообразно, поскольку обеспечит власти более широкую поддержку.

Аналогичного взгляда придерживались многие политики-либералы, кото­рые должны были войти во Временное правительство, - и прежде всего лидер кадетов П. Н. Милюков. Фигура Керенского, доказавшего свою популярность, умение ловко "манипулировать" толпой, представлялась привлекательной и полезной. Его возвышению способствовали и интриги против своевольного и политически слишком правого октябриста М. В. Родзянко, который на пике популярности Думы, будучи ее председателем, поначалу претендовал на "руко­водящую роль".

Вече­ром 2 марта на общем собрании Петроградского Совета, Керенский потребовал для себя вотума доверия и санкции на вступление во Временное правительство. Взобравшись на стол, он обратился к возбужденной аудитории с вопросом, обезоруживающим своей простотой: "Товарищи, доверяете ли вы мне?" Керен­ский доказывал, что его присутствие в правительстве необходимо для сохране­ния и закрепления завоеваний революции, проведения политической амнис­тии, утверждения свобод, сурового наказания оказавшихся в его руках "пред­ставителей старой власти", скорейшего созыва Учредительного собрания. В ходе этого выступления родился колоритный элемент мифологизированного образа Керенского – "заложник демократии". Александр Федорович уверял, что полу­чит в правительстве особый статус - оно "должно смотреть на меня как на выразителя требований демократии и должно особенно считаться с теми мне­ниями, которые я буду отстаивать". Керенский клялся в верности народу и революции, то и дело повторяя: "Я говорю, товарищи, от всей души... из глубины сердца, и если нужно доказать это... если вы мне не доверяете... Я тут же, на ваших глазах... готов умереть...". Увлекшись, он проиллюстрировал "готовность умереть" неожиданным, отчаянным жестом. "На нем был пиджак, а воротничок рубашки — крахмальный, с загнутыми углами. Он взялся за эти углы и отодрал их так, что получился, вместо франтовского, какой-то нарочито-пролетарский вид", - описывал этот эпизод В. Д. Набо­ков. Под овации толпы Керенского вынесли на руках из зала и доставили в кабинет, где заседали члены думского комитета и создаваемого Временного правительства. "Заложник демократии" сразу оказался в правительстве одной из централь­ных фигур. Способствовал этому и сложившийся масонский блок тесно свя­занных с Керенским министров Н. В. Некрасова и М. И. Терещенко. А благо­даря безволию премьера и главы МВД князя Г. Е. Львова получалось, что Керенский обладает чуть ли не правом вето. Политическую самостоятельность подчеркивало и то, что он стал регулярным оппонентом министра иностранных дел Милюкова, также претендовавшего на неформальное лидерство".

 

Борис Савинков: террорист и литератор / Игорь Архипов // Звезда. - 2008. - № 10. - С. 104-137.

"В Россию Савинков вернулся 8 апреля 1917 г. Группа политэмигрантов, среди которых был и лидер партии эсеров В. М. Чернов, добиралась сложным кружным путем: Франция – Шотландия – Швеция и, наконец, Петроград. Эйфория "медового месяца революции" шла на убыль, но тем не менее, как и остальным эмигрантам, им был обеспечен традиционный ритуал встречи на Финляндском вокзале. Приветствия от Петроградского совета и Временного правительства, почетный караул, бодрое исполнение Марсельезы и Интернационала…

Борис Викторович честно признавал, что имел смутное представление о происходящем на родине. Главное – Россия стала государством свободным, демократическим. Но он и предположить не мог, насколько неоднозначно отношение населения к войне, как неумолимо нарастает ее психологическое отторжение, в каком удручающем состоянии пребывают и русская армия и вся экономика страны. По аналогии с европейскими социалистами, он ощущал себя безоговорочным патриотом-"оборонцем", и сразу занял место на крайне правом фланге эсеровской партии".

.

В. Д. Набоков: либерал и патриот / Игорь Архипов // Звезда. - 2009. - № 7. - С. 148-167. – URL: https://zvezdaspb.ru/index.php?page=8&nput=1228.

 "Родовитый" либерал, представитель аристократического семейства, известного близостью к бюрократическим верхам, сын министра юстиции Д. Н. Набокова (его называли любимцем императора Александра III), Владимир Дмитриевич был во многом неординарной, отчасти даже несколько эпатажной фигурой. Убежденный рационалист, противник любых несовместимых с идеями прогресса и гражданского общества пережитков, особенно сословных (в этом контексте дуэль представлялась ему чрезвычайно колоритным образцом предрассудков прошлого, имеющим мало общего с понятиями чести и благородства), прекрасным перспективам государственной службы Набоков предпочел карьеру оппозиционного общественного деятеля. Яркий выразитель политико-психологического настроя либеральной интеллигенции, Набоков при этом выделялся в ее среде как эффектный светский человек. Благодаря своей "стильности" (она проявлялась и в личных качествах, манерах поведения, и в прагматичной, профессиональной деятельности) Набоков-политик весьма органично вписывался в атмосферу "серебряного века" и "блистательного Санкт-Петербурга"

 

Родзянко М. В.М. В. Родзянко: Второй человек "думской монархии" / Игорь Архипов // Звезда. - 2009. - № 11. - С. 160-178. - URL: https://zvezdaspb.ru/index.php?page=8&nput=1302.

"Только поздним вечером 27 февраля Родзянко согласился "взять власть" в качестве председателя Временного комитета Государственной думы (ВКГД) - на период формирования Временного правительства. Отчасти настрой Родзянко изменился благодаря давлению со стороны других парламентских лидеров, пытавшихся вывести его из состояния растерянности. "Родзянко сидел за серединой стола, на своем председательском месте, и на его всегда самоуверенном лице виднелось волнение и нерешительность", - вспоминал октябрист Б. А. Энгельгардт. Определенный эффект произвело на Родзянко телефонное сообщение из Преображенского полка о его готовности "предоставить себя в распоряжение Думы" (это было воспринято как знак появления надежной вооруженной силы), а также известие о переходе на сторону Думы гарнизона Петропавлов­ской крепости. Главным же стимулом оказались сугубо практические соображения - боязнь потерять политическую инициативу, быть оттесненным на периферию. В результате "власть подберут другие" - обосновавшийся в Таврическом дворце Петроградский Совет рабочих депутатов. Открытие вечером 27 февраля первого заседания Совета, по свидетельству А. Ф. Керенского (он также входил в ВКГД), "было расценено как критическое событие, ибо возникла угроза, что в случае, если мы немедленно не сформируем Временное правительство, Совет провозгласит себя верховной властью России". Думские лидеры уговаривали Родзянко: "Берите, Михаил Владимирович. Никакого в этом нет бунта. Берите как верноподданный... Берите, потому что держава Российская не может быть без власти...".

 

Ю. О. Мартов: трагедия "мягкого революционера" / Игорь Архипов // Звезда. - 2012. - № 7. - С. 111-128.

"Мартов выделялся среди российских социалистов блестящей европейской образованностью, эрудицией, талантом политического аналитика. Он был убежденным марксистом, идеологом рабочего движения, почитателем Великой французской революции и сторонником установления в России, в какой-то отдаленной перспективе, "диктатуры пролетариата". Но при этом Мартов искренне верил, что логика революционной борьбы и сопутствующая ей действительность могут органично сочетаться с идеалами справедливости и гуманизма. Для него были неприемлемы диктаторские замашки вождей, заговоры и насилие во имя личной власти, грязные и преступные методы достижения политических целей. Понятия морали и нравственности, к которым Мартов апеллировал чаще других лидеров социал-демократии, не являлись синонимами "буржуазных предрассудков". Идеализм и наивность Мартова очевидны, как, впрочем, и его политическая проницательность.

Однако в событиях русской революции 1917 года политэмигрант и литератор Мартов сыграл гораздо меньшую роль, чем ожидали и его единомышленники, и противники. В «Свободной России» он занимал обособленную позицию, а возглавлявшаяся им группа меньшевиков-интернационалистов не имела влияния на "большую политику". Но уже вскоре после октябрьского переворота Юлий Осипович возвращает себе положение признанного лидера меньшевизма, становится одним из самых авторитетных представителей демократической оппозиции большевизму".

 

Е. К. Брешко-Брешковская: "бабушка" русской смуты / Игорь Архипов // Звезда. - 2012. - № 10. - С. 175-185. - Библиогр.: с. 185.

"Керенского она называла не иначе как "Сашей" и относилась к нему с материнской нежностью. "Любимому сыну русской революции", министру и затем премьеру Временного правительства Керенскому это нравилось. Он дорожил добрым отношением этой поистине легендарной женщины, говорил, что она являлась для него "ближайшим водителем  по духу". В 1917 году, в полной драматизма период "Свободной России" она пыталась стать бескорыстным, преданным советником, считая это своим моральным долгом – и правом, обретенным в тяжелых жизненных испытаниях".

 

 

П. Н. Милюков: заложник войны и революции / Игорь Архипов // Звезда. - 2013. - № 12. - С. 60-96.

"Нас выбрала русская революция!" - эффектно, с неожиданной митинго­вой ясностью и уверенностью отвечал Павел Николаевич Милюков на брошен­ный из толпы вопрос "Кто вас выбрал?". Выступление руководителя либераль­ной парламентской оппозиции, лидера партии кадетов, выдающегося историка и популярного общественного деятеля днем 2 марта 1917 года перед пестрой по составу публикой, заполонившей Екатерининский зал Таврического дворца, было знаковым - для переломного момента переживаемых политических со­бытий и для самого Милюкова. Именно Милюковым было объявлено, причем еще до получения акта об отречении Николая II, о создании Временного прави­тельства, которое берет на себя "всю полноту власти", и обозначен принцип, обосновывающий легитимность новой правящей элиты. "Я мог прочесть в ответ целую диссертацию, - вспоминал Милюков. - Я ответил: "Нас выбра­ла русская революция!" Эта простая ссылка на исторический процесс, привед­ший нас к власти, закрыла рот самым радикальным оппонентам".


 

В. М. Чернов: явление "селянского" министра / Игорь Архипов // Звезда. - 2014. - № 5. - С. 156-176. - Библиогр. в примеч.

"Чернов поддержал создание буржуазного Временного правительства – на его взгляд, это разумный шаг, соответствующий канонам "классических" социалистических теорий об этапах революции. Вступление в правительство эсера А. Ф. Керенского несколько нарушало идейную гармонию и схематическую строгость партийной доктрины, предназначавшейся для "текущего момента", тем не менее Чернов с этим смирился. Впрочем, высказываясь первоначально против участия эсеров и меньшевиков в правительстве, Виктор Михайлович вскоре стал проявлять недовольство действиями отдельных министров-либералов. Считая себя знатоком аграрного вопроса, он критиковал министра земледелия А. И. Шингарева. Но наибольшее неприятие вызывала у него "империалистическая" политика министра иностранных дел П. Н. Милюкова".

 

 

Н. С. Чхеидзе: "икона" советской демократии / Игорь Архипов // Звезда. - 2014. - № 8. - С. 110-130. - Библиогр. в конце ст.

"В первую очередь, Чхеидзе являлся статусной, представительской фигурой - символом "Советской демократии", выражавшей позицию ее руководящего боль­шинства (Исполкома и более малочисленного органа - его Бюро). На роль самостоятельного, инициативного лидера Чхеидзе не претендовал. Суханов (левый меньшевик-интернационалист) упрекал Чхеидзе - мол, он был подвержен вли­яниям более правых, "официозных" вождей меньшевиков и эсеров, чрезмерно лояльно относившихся к первому составу Временного правительства (а затем сделавших ставку на коалицию). Тем не менее он доброжелательно отзывался о председателе Петроградского Совета: "Это самая святая икона Таврического дворца, не творившая чудес, но и никому не насолившая, а просто председа­тельствовавшая". "Об этом "папаше" революции, несмотря на вредные его позиции, я храню самые теплые воспоминания, - признавал Суханов. - Чхе­идзе не был годен в пролетарские и партийные вожди, и он никого никогда и никуда не вел: для этого у него не было ни малейших данных. Напротив, у него были все данные, чтобы вечно ходить на поводу, иногда немного упира­ясь, этот "околопартийный человек, по выражению Ленина, был безуп­речно честным солдатом революции, душой и телом преданный демократии и рабочему движению".

 

И другие версии биографий министров-капиталистов


  • Запальский, Г. М. Львов Владимир Николаевич / Г. М. Запальский // Большая российская энциклопедия : [в 30 т.]. [Т.] 18 : Ломоносов-Манизер / Федер. целевая прогр. "Культура России" (подпрогр. "Поддержка полиграфии и книгоизд. России")] ; науч.-ред. совет: пред. - Ю. С. Осипов [и др.]. - Москва : Большая российская энциклопедия, 2011. – С. 185-186. – Библиогр. в конце ст.
  • Клушина, Е. А. Родичев Федор Измайлович / Е. А. Клушина //  Санкт-Петербург : энциклопедия / Междунар. благотворит. фонд им. Д.С. Лихачева ; [ред. совет: А.Д. Марголис (пред.) и др.]. - СПб.-М. : Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2004. – С. 749-750. – Библиогр. в конце ст.
  • Кувшинов, В. А. Министр временного правительства А. И. Шингарев / В.А.Кувшинов // Сборник русского исторического общества. Т. 4 (152) / Русское историческое общество ; под ред. В.А. Захарова. - М. : Русская панорама, 2002. – С. 241-346.
  • Николаев, А. Б. Годнев Иван Васильевич / А. Б. Николаев, Д. М. Усманова // Государственная Дума России : энциклопедия : в 2 т. : 1906-2006. Т. 1 : Государственная Дума Российской империи, 1906-1917 / редкол.: В.В. Шелохаев (отв. ред.) [и др.] - Москва : Российская политическая энциклопедия, 2006. – С. 138-139.
  • Полнер, Т. И.   Жизненный путь князя Георгия Евгеньевича Львова. Личность. Взгляды. Условия деятельности / Т. И. Полнер. - Москва : Русский путь, 2001. - 464 с.: ил.
  • Сенин, А. С. Александр Иванович Гучков / А. С. Сенин // Вопросы истории. - 1993. - № 7. - С. 69-88.
  • Серков, А. И. Коновалов Александр Иванович / А. И. Серков // Русское масонство, 1731-2000 : энциклопедический словарь / А. И. Серков. – Москва : РОССПЭН, 2001. - С. 414-416. – Библиогр. в конце ст.
  • Серков, А. И. Терещенко Михаил Иванович / А. И. Серков // Русское масонство, 1731-2000 : энциклопедический словарь / А. И. Серков. – Москва : РОССПЭН, 2001. - С. 793-794. – Библиогр. в конце ст.
  • Тюков, Н. А. Андрей Иванович Шингарев / Н. А. Тюков // Вопросы истории. – 1995. - № 5/6. – С. 131-135.
  • Федюк, В. П.   Керенский / Владимир Федюк. - Москва : Молодая гвардия, 2009. - 405, [1] с. : ил. - (Жизнь замечательных людей ; вып. 1156).
  • Хотеенков, В.   "Уравновешенная натура духовного европейца" : (министр народного просвещения А. А. Мануйлов) / В. Хотеенков // Высшее образование в России. - 2002. - № 3. - С. 118-132. - Библиогр.: с. 131-132 (24 назв.).
  • Чернявский, Г. И.   Милюков : [16+] / Георгий Чернявский, Лариса Дубова. - Москва : Молодая гвардия, 2015. - 509, [1] с. : ил. - (Жизнь замечательных людей ; вып. 1725 (1525)).
  • Четвертков, Н. В.   Несколько штрихов к портрету А.Ф. Керенского / Н. В. Четверков // Отечественная история. - 2001. - № 6. - С. 135-144.
  • Шелохаев, В. В.    Николай Виссарионович Некрасов : исторический портрет / В. В. Шелохаев // Вопросы истории. – 1998. – № 11. – С. 80-95.